27 мая, суббота 18:38
ДОЛЛАР 56.76 ЕВРО 63.67
ВЕРНУТЬСЯ ОБРАТНО
СКД

Музыка - это я. Интервью с Алексеем Айги

11 Сентября 2016

Алексей Айги — один из самых востребованных кинокомпозиторов современности. Он написал музыку к культовым фильмам: «Страна глухих», «Гибель империи», «Бесы», «Родина», «Орлеан», «Дубровский» и многим другим. Кроме того, уже более 20 лет Алексей возглавляет известный — особенно в Москве и Питере — Ансамбль 4’33”, а несколько лет назад приложил свою творческую руку (а также душу, голову, сердце) к музыке легендарного Сергея Курёхина. Реставрировать произведения великого авангардиста оказалось совсем непросто — Курёхин не оставил после себя ни одной партитуры, все пришлось восстанавливать на слух. 

Но и с этой задачей композитор справился без труда — доказательством тому стал недавний концерт под руководством Айги в Московской консерватории, где зрители аплодировали маэстро стоя, а некоторые даже плакали. О себе, музыке и Курёхине Алексей рассказал в нашем специальном интервью. Лаконично, но не без перлов, надо заметить.




ГП: Алексей, глядя на то, как вы работаете на сцене, кажется, что музыка — и есть вы. Скажите, любовь к музицированию стала проявляться с раннего детства, или вас, как и большинство детей, заставляли ходить в «ненавистную» музыкалку и оттачивать нотную грамоту?
АЛЕКСЕЙ: Спасибо за комплимент, я тоже, бывало, посмотрю в зеркало и скажу: «Музыка — это я». Но в детстве я об этом не знал, поэтому был жестоко наказуем за отлынивание от домашних заданий. А в подростковом возрасте только чудо заставило меня не бросить музыку.

ГП: Ансамблю 4’33” уже более 20 лет. Насколько сложно руководить таким большим коллективом?
АЛЕКСЕЙ: А я им и не руковожу, в общем. Все сами по себе. Просто когда объявляется дата концерта, голодные музыканты сами появляются и репетируют.

ГП: Расскажите, как проходил ваш путь в кино? Дебют в фильме Тодоровского «Страна глухих» был для вас тогда больше экспериментом или удачным стечением обстоятельств?
АЛЕКСЕЙ: Это была чистая удача, я попал в кино просто с улицы. Боюсь, что по логике я должен в какой-то момент вернуться обратно.

ГП: Последние несколько лет вы активно «приводите в чувства» музыку Сергея Курёхина. Как возникла такая идея?
АЛЕКСЕЙ: Интересная интерпретация — «приводить музыку в чувство», Сергею бы понравилось. Некоторые думают, что это был дух Курёхина, который пришел ко мне в ночи… Нет, это была его вдова Анастасия, которая позвонила днем. Хорошо хоть не с утра.

Музыка - это я. Интервью с Алексеем Айги

ГП: В первом отделении концерта в Московской консерватории, который прошёл 9 июля этого года, звучала ваша собственная музыка, а во втором — произведения Курёхина, но все в целом слушалось достаточно цельно. Расскажите, что общего и каковы различия между музыкой Айги и Курёхина?
АЛЕКСЕЙ: Общего не так мало: в первую очередь, сочетание импровизационного и композиционного материала, сочетание разных стилистик в рамках одного произведения, ну и главное — все надо делать в последний момент, когда кредиторы, режиссеры и продюсеры уже стучатся в дверь.

ГП: По какому принципу вы отбирали свои композиции для первого отделения концерта?
АЛЕКСЕЙ: Принципов обычно два: быстро-медленно и грустно-весело. Но здесь еще пришлось взять ту музыку, которая не покоробила эти страшные портреты на стенах — боюсь я их. 
Они же встретят меня потом. Хотя пара композиций была специально для вызывания духа Даргомыжского. Не явился.

ГП: К какой музыкальной традиции можно отнести киномузыку Курёхина? Корректно ли ее сравнивать, например, с саундтреками Майкла Наймана к фильмам Гринуэя?
АЛЕКСЕЙ: Нет, я думаю, что Курёхин каждый раз немного изобретал велосипед в зависимости от требования материала. В «Господине оформителе» материал один, в «Два Капитана-2» — совсем другой, в «Замке» Балабанова — третий.

ГП: Почему вы позвали петь «Донну Анну» именно Екатерину Кичигину? Не было ли возможности пригласить Ольгу Кондину, которая поет в «Господине оформителе»?
АЛЕКСЕЙ: Екатерина Кичигина — выдающая исполнительница современной музыки, поэтому было логично позвать ее, а не кого-то из классической тусовки. Кондина пела эту партию феноменально, повторить это невозможно, но это было лет 25 назад, я так понимаю, что она уже не выступает...

ГП: Ваше падение на сцену в финале концерта это сугубо оммаж Курёхину, или такой жест вы иногда совершаете в других контекстах?
АЛЕКСЕЙ: Это чистый оммаж Курёхину, хотя я на своих концертах пару раз тоже падал, но, опять-таки, играя музыку Фрэнка Заппы, мои строгие философские произведения этого не принимают.

Музыка - это я. Интервью с Алексеем Айги

ГП: Киномузыку Курёхина вам пришлось реконструировать. А из его сохранившихся аутентичных записей какие вам наиболее близки?
АЛЕКСЕЙ: Мне больше всего нравится «Воробьиная оратория», я думаю, что это его воробьиная, то есть лебединая песня. Это удивительная музыка.

ГП: В программе «Курёхин: NEXT» принимали участие многие участники различных «Поп-механик» — наверняка они делились с вами мнениями о том, что получилось из вашей реконструкции. Какие слова вам наиболее запомнились?
АЛЕКСЕЙ: Я вот как-то стесняюсь воспроизводить хвалебные оды, но был очень тронут словами Вячеслава Гайворонского и Сергея Летова о том, что дух музыки передан верно.

ГП: Кроме киномузыки Курёхина, явный хит вашей программы — «Тибетское танго», которое входило в один из альбомов группы «Аквариум». Выражал ли когда-нибудь Борис Гребенщиков свое отношение к вашей интерпретации? И как, по-вашему, реализовался музыкальный талант Курёхина в рамках «Аквариума»?
АЛЕКСЕЙ: Я звал Гребенщикова поучаствовать в концерте, но не сложилось, наверное, как-то плохо звал. Или поздно звал. Никаких новостей и идей о его отношении к данному проекту и «Тибетскому танго» у меня нет. 
Я думаю, что Курёхин налил в «Аквариум» настолько насыщенной кислородом воды, что местным обитателям этого хватило на многие годы.

Музыка - это я. Интервью с Алексеем Айги

ГП: Вы играли программу «Курёхин: NEXT» и в Москве, и в Петербурге, наверняка получалось по-разному! Опишите эти различия — как влияла атмосфера залов, аура городов на концерт?
АЛЕКСЕЙ: В Петербурге, мне кажется, было более настороженное отношение к проекту, все-таки какой-то москвич взялся за святое. Но в итоге все прошло отлично, знаю, что многим в финале концерта — а многие бывали и не раз на «Поп-Механике» — показалось, что на сцене мечется сам Курёхин. 
Некоторые, говорят, даже плакали. Ну и многие из друзей Сергея, которые после его смерти разошлись, вдруг встретились в одном зале. Меня это очень тронуло.

ГП: В одной из рецензий на «Курёхин: NEXT» было сказано, что это — «немыслимая звуковая вселенная», где можно повстречать призраков Вагнера, Грига, Кейджа, Колтрейна… А вам бы тоже в этом контексте пришли в голову, в первую очередь, именно эти четыре имени — или какие-то другие?
АЛЕКСЕЙ: Не хотел бы я разом повстречать призраков всех этих достойных людей. Другое дело — Даргомыжский…

Поделиться:
?>